Михаил Емельянов: Стране нужен полноценный конкурентный политический процесс

Spravedlivo.ru, 12 мая 2009 г.

В последнее время появилось немало статей и экспертных мнений о том, что необходимо «вернуть политику». Что имеется в виду, почему разговоры об этом возобновились именно сейчас?  Думается, что реалии кризиса подталкивают к осознанию того, что стране нужен полноценный конкурентный политический процесс, а не его имитация. Кризис требует того, чтобы сложившаяся политическая система выполняла свои исконные функции, в том числе и посредничество между обществом и властью при решении социальных вопросов в непростых экономических условиях. Проводить согласование интересов различных слоёв общества, чтобы избежать социальных катаклизмов. Но для этого следует видоизменить акцент внутри самой политической системы и отказаться от тотального и во многом «дутого» превосходства одной партии.

В предшествующие благополучные годы российская «полуторапартийная» система сыграла свою определённую положительную роль в процессе модернизации в стиле «тигров» Юго-Восточной Азии. В стране доминировала одна сильная партия, а наличие других партий, по сути, представлялось лишь сохранением демократической витрины. Наверное, это было оправдано, чтобы активно вывести страну из последствий обвальных 90-х годов. Чтобы грамотно и быстро распорядиться огромными ресурсами в целях экономического роста. При этом, вопросы политической стабильности можно было решать не политическими, а иными, прежде всего, экономическими и пропагандистскими методами. По четырём отраслям, имеющим первостепенное социальное значение, были запущены национальные проекты, у бюджетников росла зарплата. В период роста ВВП и общего повышения уровня жизни специальных политических мер не требовалось.

Сейчас же экономическая ситуация резко изменилась в худшую сторону. Растут протестные настроения. В ходе выборов последних месяцев не раз оказывалось, что победы «единороссов» обеспечивались сильным административным ресурсом, в том числе и активным давлением на неугодных кандидатов. Концепция доминирующей партии всё больше расходится с настроениями и положением дел в обществе.

Поэтому нельзя не согласиться с теми, кто говорить о необходимости «возвращения политики». Конкурентные выборы с реальными результатами подсчёта голосов – необходимое условие для доверия к политическим институтам. Доверие же к политическим институтам – главная гарантия того, что страна избежит перерастания экономического кризиса в социально-политический.

Вопрос в том, какие механизмы предлагаются для того, чтобы «вернуть политику»?  О «возвращении политики» пишут, в основном, «оранжевые» эксперты. Для них кризис – это шанс политической реанимации «героев вчерашних дней», деятелей 90-х годов. Однако, не лишне напомнить, почему у нас в начале века «кончилась» политика. А во многом именно потому, что эти «герои» 90-х начисто игнорировали национальные интересы. И поэтому их выдавили из политики, в том числе, и бюрократическими методами. На них ведь во многом и лежит вина за то, что произошло со страной в конце ушедшего века, а естественной реакцией государства на их действия послужило сужение политического простора.

Поэтому сейчас стоит задача вернуть конкуренцию идей и подходов, не допуская в политическое поле дискредитировавших себя экстремистов всех мастей: от радикальных националистов до «оранжевых» компрадоров. Можно ли это сделать? Вполне. Как бы наивные демократы и прикормленные западными грантами «эксперты» не ругали путинское время за зажим демократии, в том числе и за ужесточение процесса создания партий, в России удалось создать вполне дееспособную партийную систему: четыре парламентские партии плюс «Правое дело» охватывают все основные течения политического спектра.

На первом этапе «возвращения политики» необходимо обеспечить честную конкуренцию между системными партиями. Президент уже озаботился этим. Внесён закон о равенстве доступа к СМИ, предоставлена возможность для попадания в парламент партиям, набравшим более 5% голосов. Но для реальной конкуренции требуется не только правовое, формальное равенство. Нужно равенство на уровне политической практики. Для этого необходимо исключить давление силовиков и прочий административный ресурс на стадии выдвижения кандидатов, а также обеспечить честный подсчёт голосов и безусловное наказание фальсификаторов, кто бы ими ни был.

Тратить ресурс всей административной машины на подержание абсолютного доминирования «Единой России» и борьбу с другими парламентскими партиями неразумно и неэффективно. Из стратегических соображений власть должна обеспечивать сохранение всей сложившейся политической системы в целом. Ведь, в конечном счёте, именно вся сложившаяся политическая система в России обеспечивает легитимность нынешней верховной власти.

Но для этого усилия власти должны быть перенесены в сторону других партий, выражающих интересы больших групп населения. Пока же, чем больше растёт напряжение в обществе, тем сильнее результаты на выборах расходятся с реальными настроениями и ожиданиями большинства граждан. Конечно, власти и дальше необходимо отсекать от выборов маргиналов, но при этом обеспечить честные условия конкуренции между названными системными партиями.

Высшие должностные лица должны дистанцироваться от «Единой России» и перестать быть «заложниками одной партии». Как истинные национальные лидеры Президент и премьер-министр должны стать гарантами сложившейся партийной конфигурации в целом. Власть в равной степени должна заниматься развитием и обеспечением парламентских партий плюс «Правого дела» - партий, олицетворяющих в своей совокупности конституционный консенсус. Тогда в условиях кризиса произойдёт естественное перераспределение политического ресурса, а общество избежит социальных потрясений.

Некоторые придворные политтехнологи предлагают власти идти до конца в защите предшествующей политической конфигурации, основанной на доминировании «Единой России», вплоть до использования ОМОНа. Однако, система поддержания лидерства одной партии, опирающаяся на дубинки омоновцев, это нечто иное, чем закреплённая в Конституции плюралистическая система, которая как раз и является источником легитимности власти нынешних президента и премьера. Система же, основанная на силе отрядов особого назначения, потребует совсем других людей во власти, в том и числе и на самых её вершинах.

Чтобы не поддаться «искушению» такого пути, в кризисных условиях требуется некоторое внутрисистемное политическое переформатирование, но в то же время честная конкуренция должна обеспечиваться между существующими партиями конституционного консенсуса. Что же касается экстремистов, «оранжевых», радикальных националистов и прочей подобной публики, то их надежды на «возращение в политику» не должны сбыться. Власти следует продолжать маргинализировать их так же, как и прежде. И это объяснимо: радикальных националистов следует «прессовать», так как они создают угрозу целостности страны, а «оранжевых» – за продолжение активной работы против национальных интересов России…

Чувствую «фи» демократического чистоплюя. Опять управляемая демократия!                Да, управляемая, ибо она в разной степени, но везде и всегда управляема. А особенно на стадии формирования демократических институтов в любом государстве. Из не столь давних примеров вспомним Германию после краха гитлеризма во Второй Мировой войне вплоть до 90-х годов. Власть ФРГ обеспечивала честную конкуренцию между СДПГ, Свободными демократами, блоком ХДС-ХСС, а позднее «Зелёными», одновременно жёстко «выбрасывая» за пределы системы против коммунистов и ультраправых. Одни запреты на профессию чего стоят! Постепенно за 50 лет в Западной Германии сформировалась демократическая, плюралистическая культура, в которой экстремистам и пятой колонне  не находится места. При этом в последние десятилетия управление политическими процессами стало мягче, но никуда не исчезло. По крайней мере, бывшие деятели хоннекеровской СЕПГ, даже из её либерального крыла вполне на себе это испытали после объединения Германии. В других странах, например, США или Италии периоды управляемой демократии прошли ещё жёстче. Вспомним «маккартизм» и «охоту на ведьм» в послевоенных Штатах, или переформатирование политического поля на Аппенинах после убийства «красными бригадами» Альдо Моро. Совсем уж недемократические, но исторически оправданные действия были необходимы для становления современной западной демократии.

Существующая в наши дни партийная система в России имеет резерв плюрализма и его достаточно, чтобы «вернуть политику». Другое дело, что необходимо развивать гражданские основы плюрализма, ведь, чем крепче эти основы, тем меньше управляемости. А крепость этих основ определяется ресурсами, которыми обладает гражданское общество.

В 90-е годы три силы обладали реальными ресурсами: бюрократия, криминал и компрадорские олигархические структуры, подкармливаемые зарубежными фондами. Отсюда и уродливое лицо нашей демократии в «ельцинскую» эпоху. Ресурсное ядро истинно гражданского общества в России появится только тогда, когда сформируется слой национальной, а не компрадорской буржуазии. Появится реальная сила, которой в равной степени будут близки ценности демократии и патриотизма. У которой будет достаточно ресурсов, чтобы сформировать экспертную, медийную, функционерскую составляющие этой общественно-политической силы. И таким образом, национальная буржуазия обеспечит правый фланг российской политики.

А левая альтернатива, в свою очередь, должна сформироваться на основе профсоюзов, которые не только должны стать реально независимыми от государственной власти, но и социально ответственными. Им надо не только последовательно бороться за права трудящихся, но и не забывать о национальных интересах. Профсоюзы не должны превратиться в плацдарм «пятой колонны» и не стать новым орудием для разрушения государства. 

 «Возвращение политики» при выполнении приведённых выше условий позволит усилить и легитимность власти, и существующих политических институтов. Потому что, если в стране возвратится доверие к этим институтам, то тогда экономический кризис не получит «уличной» ипостаси. А доверие людей власти может быть возвращено очень просто, через реальную политическую конкуренцию.